КомпьюАрт

12 - 2005

Анна Остроумова-Лебедева: Петербург — герой на всю жизнь

Художники книги ХХ века

Евгений Немировский

Художница, о которой пойдет речь, в первую очередь занималась станковой графикой — ксилографией, а также, в меньшей степени, автолитографией. Писала она, впрочем, и акварели. Над книгой работала мало: за всю долгую жизнь проиллюстрировала лишь четыре издания и лишь дважды при этом изменила главному герою своих произведений — Санкт­Петербургу. Быть может, решающую роль в этом сыграла обеспеченность, поскольку думать о хлебе насущном ей почти никогда не приходилось. Муж — так же как и герой ее творчества, один на всю жизнь — был известным ученым, академиком. Звали его Сергей Васильевич Лебедев (1874—1934). Он прославил свое имя созданием синтетического каучука.

Анна Петровна Остроумова (вторую фамилию, писавшуюся через дефис, она взяла после замужества) родилась 6 мая 1871 года в Санкт­Петербурге. Не в пример А.Н.Бенуа и другим членам объединения «Мир искусства» семья ее к искусству никакого отношения не имела, но родители с пониманием отнеслись к ее желанию посвятить себя изобразительному мастерству. Начальное художественное образование девочка получила в училище ш тиглица. Здесь она освоила технику ксилографии — гравюры на дереве, ставшей для нее главной на всю жизнь. Преподавал эту технику мастер своего дела Василий Васильевич Матэ (1856—1917). Первую свою гравюру пятнадцатилетняя Анна исполнила в 1889 году.

Анна Петровна Остроумова-Лебедева. С портрета работы В.А.Серова. Автолитография

Анна Петровна Остроумова-Лебедева. С портрета работы В.А.Серова. Автолитография

Впоследствии А.П.Остроумова­Лебедева так объясняла свое пристрастие к ксилографии: «Много раз за свою жизнь я себя спрашивала: почему с юных лет я обратила особенное внимание на гравюру и впоследствии полюбила такое трудное и требовавшее так много внимания и терпения искусство? Почему? Отчасти я приписываю это моему зрению. Я родилась очень близорукой. Если предмет — книга или ноты — был от меня даже в небольшом расстоянии, я уже с трудом их разбирала. Зато вблизи я видела остро и четко самые мелкие вещи — нити тончайшей ткани, незаметные волокна бумаги или самый мелкий шрифт. И эти мелочи назойливо лезли мне в глаза. Когда я рассматривала в детстве какую­нибудь иллюстрацию, мне первым делом бросались в глаза бегущие по всем направлениям линии и штрихи и только потом я воспринимала иллюстрацию в целом. Такое зрение очень удобно для гравера, так как не требует употребления лупы. У меня были собственные живые “лупы”». Думается, однако, что дело не только в этом. Анна Петровна чутко воспринимала художественную ценность ксилографии и понимала ее возможности, которые в ее время были преданы забвению. «Я ценю в этом искусстве невероятную сжатость и краткость выражения, — писала она, — немногословие и благодаря этому сугубую остроту и выразительность. Ценю в деревянной гравюре беспощадную определенность и четкость ее линий... Я всегда жалела, что после такого блестящего расцвета гравюры, какой был в XVI, XVII веках, это искусство стало хиреть, сделалось служебным, ремесленным! И я всегда мечтала дать ему свободу!»

А.П.Остроумова-Лебедева. Колесница Аполлон. Ксилография для обложки журнала «Пантеон», 1899

А.П.Остроумова-Лебедева. Колесница Аполлон. Ксилография для обложки журнала «Пантеон», 1899

Образование было продолжено в Академии художеств, куда лишь незадолго перед тем начали принимать женщин. Другое нововведение заключалось в том, что в академию пришли мастера, которых называли передвижниками. Молодая художница занималась в мастерской Ильи Ефимовича Репина (1844—1930). На некоторое время она вроде бы отошла от гравюры. Но вскоре В.В.Матэ уговорил ее вернуться к столь любимому им мастерству.

С первых же шагов в искусстве жизнь А.П.Остроумовой, в ту пору еще не имевшей второй фамилии, была связана с объединением «Мир искусства». С Александром Бенуа (1870—1960) и его друзьями она познакомилась осенью 1898 года в Эрмитаже. Александр Николаевич впоследствии вспоминал: «Эрмитаж в те годы пустовал. В будни мы бывали обыкновенно чуть ли не единственными посетителями — во всем гигантском здании, насчитывавшем десятки обширных зал и кабинетов. Впрочем, одновременно с нами, в нескольких шагах от нас и в том же отделении “большого зала Рембрандта” работала над копией с картины великого мастера “Девочка с метлой” молоденькая, миловидная и очень симпатичная художница. Нас она порядком интриговала, и мы не без удивления следили за тем, с каким мастерством, с какой силой эта барышня справляется с задачей... Мы приветливо, но издали с нею раскланивались, но знакомиться не решались. Впоследствии же эта самая художница стала одним из наших самых близких друзей. То была чудесная наша Анна Петровна Остроумова».

А.П.Остроумова-Лебедева. Натурщица и мужская фигура. Ксилография, 1900

А.П.Остроумова-Лебедева. Натурщица и мужская фигура. Ксилография, 1900

Знакомство, вначале шапочное, было продолжено и укреплено в Париже, куда Анна поехала осенью 1898 года. Там же художница познакомилась с Евгением Евгеньевичем Лансере (1875—1946). По его рисункам были сделаны гравюра «Русалка» и первая, так сказать, «книжная» работа — экслибрис. Впоследствии Остроумова­Лебедева выполнит немало книжных знаков, хотя работа в этой области никогда не будет особенно ее привлекать. «Русалка» была отпечатана с двух досок: с первой печатали зелено­голубым цветом, со второй — желто­серым. В дальнейшем художница станет большим мастером в области цветной ксилографии — очень трудоемкого, требующего усидчивости искусства.

По эскизу Е.Е.Лансере был выполнен и первый полученный в 1899 году Остроумовой платный заказ — черно­белая гравюра обложки для журнала «Пантеон». Изображена там была квадрига с фронтона московского Большого театра. Гравюра эта кажется полутоновым изображением. Здесь много черного, объем моделирован толстыми штрихами. Почти сплошной черный фон вообще характерен для ранних гравюр Остроумовой­Лебедевой.

Осенью 1899 года Анна Петровна официально стала членом объединения «Мир искусства». И.Е.Репин ей этого не простил — мирискуссников он на дух не переносил.

А.П.Остроумова-Лебедева. Лев и крепость. Ксилография для журнала «Мир искусства», 1900

А.П.Остроумова-Лебедева. Лев и крепость. Ксилография для журнала «Мир искусства», 1900

Стояла А.П.Остроумова и у истоков журнала «Мир искусства» и с самого его основания два раза в неделю присутствовала на заседаниях редакции, которые обычно проходили на квартире у А.Н.Бенуа.

К журналу в качестве своеобразных приложений давали оригинальные оттиски гравюр и литографий.
К № 5­6 за 1900 год были приложены две вкладки с гравюрами А.П.Остроумовой: одна из них была черно­белая, а вторая — двухкрасочная. В № 1 за 1902 год появилась статья А.Н.Бенуа об архитектуре Санкт­Петербурга. И словно иллюстрации к ней — литографии Е.Лансере и О.Браза и (подлинное событие!) ксилографии Анны Петровны.

К тому времени художница уже нашла своего героя. До этого она переводила на язык гравюры рисунки друзей, изображала натурщиц, делала небольшие пейзажи. Озарение пришло к ней летом 1901 года, которое она вместе с родителями и сестрами проводила в Павловске. «До этого года, — вспоминала она впоследствии, — я плохо знала Павловск и его великолепный парк. Он был восхитительный, очаровательный, особенно весной. Озера, речки, мостики, уединенные беседки на островках. Идешь по дорожке и вдруг приходишь к какому­то античному храму...» В Павловске Анна много рисовала, делала акварели. И тогда же исполнила небольшую по началу серию гравюр, продолженную в следующие годы. Особенно много труда потребовала большая — размером 269 х 354 мм — цветная ксилография «Павловский вокзал», отпечатанная с девяти досок.

А.П.Остроумова-Лебедева. Новая Голландия. Ксилография для журнала «Мир искусства», 1900

А.П.Остроумова-Лебедева. Новая Голландия. Ксилография для журнала «Мир искусства», 1900

А затем Остроумова поняла: ее призвание — архитектурный пейзаж. Помог ей это сделать Сергей Павлович Дягилев (1872—1929), который решил поместить в «Мире искусства» серию гравюр, отпечатанных с подлинных досок. С такой просьбой он и обратился к Остроумовой. В 1901 году она выполнила 11 сравнительно небольших черно­белых ксилографий с видами Санкт­Петербурга. Ее внимание привлекали набережные Невы, Фонтанки и Мойки, прославленный Цепной мост, Биржа, Ростральная колонна, Новая Голландия. Черного фона здесь уже не было и в помине. Исчезли, хотя и не везде, и прямоугольные рамки, характерные для первых гравюр. Анна Петровна теперь гравировала черным по белому. Тонкими штрихами намечала облака, затягивающие небо с еверной столицы. Воспоминание о прежнем чувствуется лишь в ксилографии «Новая Голландия», моделированной толстым черным штрихом и заключенной в прямоугольную рамку.

Так Санкт­Петербург стал главным героем Анны Петровны Остроумовой­Лебедевой. Красоты и характер имперской столицы, не утратившей величия и в пору «провинциальности», навязанной советским временем, художница постигала на протяжении всей своей жизни.

В русле темы находилась и опубликованная № 1 «Мира искусства» за 1904 год выполненная по рисунку А.Н.Бенуа цветная ксилография
А.П.Остроумовой, открывавшая знаменитый цикл иллюстраций к «Медному всаднику». Напечатана она была с четырех досок в размере 111 х 91 мм.

Творчество А.П.Остроумовой­Лебедевой стало узнаваемым. Две гравюры ее репродуцировали в своеобразной хрестоматии — «Рисунки русских художников». Репродукции в этом, как гласил подзаголовок, «пособии по рисованию» воспроизводились фототипией. При этом одну из гравюр Анны Петровны — «Дерево» — репродуцировали зеркально.

В 1903 году А.П.Остроумова сделала первые шаги в новой для нее технике — литографии. Первый опыт — большая (размеры 320 х 400 мм) станковая автолитография «Вилла папы Юлия III». А далее последовали десять открыток с видами Санкт­Петербурга, сделанных по просьбе общины св.Евгении, которая к этому времени уже выпустила несколько комплектов художественных открытых писем. Впрочем, Анна Петровна сохраняла верность излюбленной ксилографии. К литографии она вернулась лишь в 1922 году, а затем — после 20­летнего перерыва — в 1942­м.

Сохраняла она верность и своему герою — Санкт­Петербургу. Иногда, впрочем, делала паузы, причины которых объяснялись просьбами друзей.

 

Окончание в следующем номере

КомпьюАрт 12'2005

Выбор номера:

heidelberg

Популярные статьи

Удаление эффекта красных глаз в Adobe Photoshop

При недостаточном освещении в момент съемки очень часто приходится использовать вспышку. Если объектами съемки являются люди или животные, то в темноте их зрачки расширяются и отражают вспышку фотоаппарата. Появившееся отражение называется эффектом красных глаз

Мировая реклама: правила хорошего тона. Вокруг цвета

В первой статье цикла «Мировая реклама: правила хорошего тона» речь шла об основных принципах композиционного построения рекламного сообщения. На сей раз хотелось бы затронуть не менее важный вопрос: использование цвета в рекламном производстве

CorelDRAW: размещение текста вдоль кривой

В этой статье приведены примеры размещения фигурного текста вдоль разомкнутой и замкнутой траектории. Рассмотрены возможные настройки его положения относительно кривой, а также рассказано, как отделить текст от траектории

Нормативные требования к этикеткам

Этикетка — это преимущественно печатная продукция, содержащая текстовую или графическую информацию и выполненная в виде наклейки или бирки на любой продукт производства