КомпьюАрт

1 - 2006

Анна Остроумова-Лебедева: Петербург — герой на всю жизнь

Художники книги ХХ века. Окончание. Начало в № 12’2005

Евгений Немировский

В 1906 году Остроумова­Лебедева выполнила гравюры к известному и очень популярному роману американского писателя Джеймса Фенимора Купера (1789—1851) «Последний из могикан». Это было единственное в ее жизни произведение иностранной художественной литературы, которое она решилась проиллюстрировать, хотя и не по собственным рисункам. В ноябре 1905­го Анна Петровна писала подруге: «Может быть, у меня будет заказ — резать рисунки Бенуа к иллюстрациям романа Фенимора Купера. Рисунки Бенуа мне не очень нравятся, и мне над ними придется поработать, так как они недоделаны и торопливо исполнены...». (Купер был одним из любимейших писателей Александра Николаевича Бенуа, с которым он познакомился еще в детстве по сокращенным переводам в изданиях М.О.Вольфа. Рисунки к «Последнему из могикан» Бенуа, надо думать, делал с любовью, но в своих мемуарах, написанных много лет спустя, даже не вспомнил о них.)

А.П.Остроумова-Лебедева. Выезд. Иллюстрация к роману Ф.Купера «Последний из могикан». Ксилография, 1906

А.П.Остроумова-Лебедева. Выезд. Иллюстрация к роману Ф.Купера «Последний из могикан». Ксилография, 1906

Впоследствии Анна Петровна изменила мнение об иллюстрациях Бенуа. В ее дневнике мы читаем: «Вырезая гравюру по рисунку Бенуа, я много раз мысленно благодарила его за художественный такт и прозорливость. Сейчас поясню. Когда я получила от него рисунки, мне они не понравились своей незаконченностью. Многое в них было только намечено. А потом как я это оценила! Я думаю он это сделал преднамеренно, не заканчивая, не уточняя их, и тем давал мне большую свободу граверно трактовать их и заканчивать, как я хочу».

Работа же предстояла нешуточная. Техника воспроизведения была выбрана трудоемкая — многокрасочная гравюра на дереве, и для каждой из иллюстраций нужно было вырезать по две­четыре доски. Всего было исполнено 20 досок для воспроизведения семи иллюстраций. Темы были избраны такие: «Выезд», «Портрет Следопыта и двух индейцев», «Встреча французов и англичан», «У водопада», «Бой в лесу», «Убийство Коры», «Посещение пещеры». Шедеврами эти работы не назовешь, хотя среди них есть и удачные. Многофигурные композиции художнице давались с трудом, а лучше получались гравюры, в которых герои изображены крупным планом. Правда, в портретной графике Остроумова­Лебедева не была сильна, так что портретов в ее наследии почти нет. Работа была начата 10 февраля, закончена в середине марта 1906 года, а 20­го числа Анна Петровна собственноручно отвезла доски в Экспедицию заготовления государственных бумаг, которая эту работу заказывала.

А.П.Остроумова-Лебедева. Адмиралтейство. Иллюстрация к книге В.Я.Курбатова «Петербург». Ксилография, 1912

А.П.Остроумова-Лебедева. Адмиралтейство. Иллюстрация к книге В.Я.Курбатова «Петербург». Ксилография, 1912

Экспедиция предполагала выпустить серию книжек для детей, в число которых входили и пушкинские «Пиковая дама» и «Медный всадник», но ни одна из этих книг так и не была выпущена. С досок Остроумовой­Лебедевой даже не сделали ни одного оттиска, а в годы гражданской войны, когда топлива не было, и Петроград замерзал, их сожгли в печи вместо дров. Для потомков остались лишь пробные оттиски, сделанные самой художницей на ручном станке.

А.П.Остроумова-Лебедева. Портрет следопыта и двух индейцев. Иллюстрация к роману Ф.Купера «Последний из могикан». Ксилография, 1906

А.П.Остроумова-Лебедева. Портрет следопыта и двух индейцев. Иллюстрация к роману Ф.Купера «Последний из могикан». Ксилография, 1906

Искусство А.П.Остроумовой­Лебедевой всегда было аполитичным, ибо политические баталии ее не интересовали. В сатирических журналах времен Первой русской революции, в которых активно работали ее друзья по «Миру искусства», она не сотрудничала. В послереволюционные годы реакции все ее внимание было отдано станковой графике. И всего лишь эпизодом в ее творческой биографии стали виньетки, сделанные для нового журнала «Сатирикон».

В 1911 году были выполнены четыре экслибриса, три из которых (по рисункам Е.Лансере и М.Добужинского) — для богатого мецената, издателя журнала «Апполон» Н.П.Рябушинского. По словам Алексея Алексеевича Сидорова, «книжные знаки, выполненные в технике многоцветной гравюры на дереве А.П.Остроумовой­Лебедевой, принадлежат к лучшим созданиям русской графики тех лет». Для воспроизведения одного из экслибрисов было сделано девять досок, для другого — четыре, для третьего — три.

Несколько примечательных страниц творческой биографии Анны Петровны Остроумовой­Лебедевой связаны с Владимиром Яковлевичем Курбатовым (1878—1957). Человек этот был во многом удивительным: химик по образованию, близкий друг Сергея Васильевича Лебедева, он на досуге увлекался искусством. Хобби со временем стало второй профессией. Уже в советское время Курбатов защитил диссертации, став доктором химических наук и доктором искусствоведения. Видимо, это был единственный случай в практике Высшей аттестационной комиссии!

А.П.Остроумова-Лебедева. Ростов Великий. Рисунок для обложки книги И.Э.Грабаря. Ксилография. 1913

А.П.Остроумова-Лебедева. Ростов Великий. Рисунок для обложки книги И.Э.Грабаря. Ксилография. 1913

А.П.Остроумова-Лебедева. Решетка Летнего сада и домик Петра I. Иллюстрация к книге Н.П.Анциферова «Душа Петербурга». Ксилография, 1920

А.П.Остроумова-Лебедева. Решетка Летнего сада и домик Петра I. Иллюстрация к книге Н.П.Анциферова «Душа Петербурга». Ксилография, 1920

Содружество началось в 1912 году, когда Курбатов попросил Анну Петровну проиллюстрировать написанный им путеводитель «Петербург. Художественно­исторический очерк и обзор художественного богатства столицы». Художница с радостью согласилась — это была ее тема. Она выполнила для книги 24 небольшие по размеру черно­белые гравюры, рассчитанные на верстку в оборку, а также нарисовала эскиз переплета. Это была ее единственная работа над книгой как над цельным организмом. Труд Курбатова был издан в 1913 году общиной св.Евгении и имел успех, которому во многом способствовали прекрасные гравюры Остроумовой­Лебедевой. Ксилографии эти удивительно легки, в них много воздуха. Подчас они напоминают небрежный, словно сделанный на ходу рисунок. Несколько лет спустя Курбатов предложил использовать акварели, выполненные Анной Петровной во Флоренции в 1903 году, в качестве иллюстраций в своей книге «Сады и парки». Эта книга была выпущена в 1916­м в Петербурге издательством Вольфа.

А до этого, в 1913 году, издательство Кнебеля, известное своими искусствоведческими изданиями и прекрасными детскими книжками, предложило А.П.Остроумовой­Лебедевой работу по оформлению серии монографий Игоря Эммануиловича Грабаря (1871—1960) «Старые города­музеи России». Иллюстрации Анна Петровна делать отказалась, ибо они уводили ее от станковой гравюры, да и тема была чужая. Однако она вырезала ксилографии для обложек «Ярославль», «Ростов Великий», «Кострома». Храмы Ростова были заключены в непривычную для художницы круглую рамку.

А.П.Остроумова-Лебедева. Портрет Л.Н.Толстого. Ксилография, 1929

А.П.Остроумова-Лебедева. Портрет Л.Н.Толстого. Ксилография, 1929

Следующая «книжная» работа Остроумовой­Лебедевой была предпринята уже в советское время — в 1920­м. Это был цикл из восьми черно­белых ксилографий для книги Н.П.Анциферова «Душа Петербурга» (1922). Кроме тех гравюр, которые делались специально для этой книги, здесь были помещены и более ранние работы художницы — «Голова Петра I» и «Вид на Ростральную колонну и вазу». На обложке, эскиз которой сделала Н.Е.Морозова (племянница Остроумовой­Лебедевой) была воспроизведена гравюра Анны Петровны «Сфинкс».

А.П.Остроумова-Лебедева. Экслибрис «Наша библиотека». Ксилография, 1929

А.П.Остроумова-Лебедева. Экслибрис «Наша библиотека». Ксилография, 1929

А.П.Остроумова-Лебедева. Памятник Петру I. Из серии «Открытые письма фронту». Автолитография, 1942

А.П.Остроумова-Лебедева. Памятник Петру I. Из серии «Открытые письма фронту». Автолитография, 1942

Следующий год памятен выходом в свет первой монографии, посвященной А.П.Остроумовой­Лебедевой. Она вышла в серии книг о русских графиках, задуманной Соломоном Абрамовичем Абрамовым, издававшим журнал «Творчество». К тому времени почти все частные издательства закрыли, но монографию все­таки удалось выпустить. Написали ее Александр Николаевич Бенуа и Абрам Маркович Эфрос (1888—1954). Время было трудное, и цветные гравюры решили воспроизводить цинкографским способом. Для этого Анне Петровне пришлось вручную изготовить множество отпечатков и пометить, каким цветом каждый из них следует воспроизводить. Остроумова­Лебедева осталась довольной книгой. «Александр Николаевич, — писала она, — написал и определил мое творчество так, как никто ни до него, ни после лучше и выше о нем не сказал. И я верю в искренность и правдивость его слов, так как знаю его неподкупную честность».

А.П.Остроумова-Лебедева. Экслибрис «Моя эпитафия». Ксилография, 1946

А.П.Остроумова-Лебедева. Экслибрис «Моя эпитафия». Ксилография, 1946

Вскоре после этого А.Н.Бенуа покинул СССР, эмигрировали и многие друзья по «Миру искусства», однако Анна Петровна осталась. От произвола и невзгод трудного времени ее защищал авторитет мужа, академика. В 1929 году Остроумова­Лебедева выполнил портрет Льва Николаевича Толстого, по ее собственным словам, «в характере кьяроскуро, в две доски». Портретная графика в ее творчестве, как мы уже говорили, редка, но портрет великого писателя получился удачным. В том же году она вырезала четырехкрасочный экслибрис «Наша библиотека» для Всесоюзного института экспериментальной медицины академика Ивана Петровича Павлова (1849—1936).

В 1934 году умер ее муж, Сергей Васильевич Лебедев. Это стало для Анны Петровны большим ударом и негативно сказалось на ее творческой продуктивности, к тому же и времена наступали трудные. В 1933—1937 годах художница не сделала ни одной гравюры.

А затем случилась война. Анна Петровна осталась в Ленинграде, пережила все трудности блокады и начала активно работать. Герой был прежний — Ленинград, но техника новая — автолитография. Когда­то в далеком 1903 году Остроумова­Лебедева сделала в этой технике десять открыток, изданных общиной св.Евгении, а в 1942 году появилась серия «Открытые письма фронту», состоявшая из девяти литографированных открыток. Работала Анна Петровна самозабвенно, ей хотелось хоть чем­нибудь помочь стране, сражавшейся не на жизнь, а на смерть. Осроумовой­Лебедевой не раз предлагали уехать из осажденного города, но она отказывалась. Ослабевшие руки не могли управляться со штихелем, и тогда художница вспомнила о литографии, но после Победы снова вернулась к любимой ксилографии. В 1946 году она выгравировала собственный экслибрис, который назвала мрачно — «Моя эпитафия». Писала «Автобиографические записки», болела, а когда в 1953­м в Москве состоялась ее последняя прижизненная персональная выставка, то даже не смогла приехать на открытие.

Скончалась Анна Петровна Остроумова­Лебедева 5 мая 1957 года, не дожив всего лишь одного дня до своего 86­летия.

КомпьюАрт 1'2006

Выбор номера:

heidelberg

Популярные статьи

Удаление эффекта красных глаз в Adobe Photoshop

При недостаточном освещении в момент съемки очень часто приходится использовать вспышку. Если объектами съемки являются люди или животные, то в темноте их зрачки расширяются и отражают вспышку фотоаппарата. Появившееся отражение называется эффектом красных глаз

Мировая реклама: правила хорошего тона. Вокруг цвета

В первой статье цикла «Мировая реклама: правила хорошего тона» речь шла об основных принципах композиционного построения рекламного сообщения. На сей раз хотелось бы затронуть не менее важный вопрос: использование цвета в рекламном производстве

CorelDRAW: размещение текста вдоль кривой

В этой статье приведены примеры размещения фигурного текста вдоль разомкнутой и замкнутой траектории. Рассмотрены возможные настройки его положения относительно кривой, а также рассказано, как отделить текст от траектории

Нормативные требования к этикеткам

Этикетка — это преимущественно печатная продукция, содержащая текстовую или графическую информацию и выполненная в виде наклейки или бирки на любой продукт производства